ЗОЛОТАЯ КРОВЬ

Золотая кровь

Сценарная разработка Михаила Генделева

 

«Золотая кровь» – стремительный, визуально захватывающий, парадоксальный фарс, действие которого происходит в сжатый период трех столетий на Земле и в Аду. Переходя от мистики к реальности, от прозаических диалогов к песенным вкраплениям, от черно-белого изображения к Техниколору, художественная ткань кинофильма подчеркивает и обогащает фантасмагорический сюжет, связанный с многомерным, насыщенным приключениями странствием героя.

Действие фильма начинается в Восточной Европе семнадцатого века:

Еврейская свадьба в Варшаве. Сотни гостей, оркестр клезмеров. Пышнотелая высокая невеста беременна; жених, он же герой фильма – карикатурно тощий, низкорослый, кроткий еврей.

Как только церемония завершается, невеста тянет суженого на громадное ложе в брачных покоях. Он садится на постель, поднимает на нее глаза и говорит: «О нет! Должно мне отправиться в Цфат, что во Святой Земле, изучать Тору!». Следует комическая сцена прощания.

Герой покидает Варшаву, пробирается на юго-восток и наконец оказывается в еврейском городке на Украине. В этот момент в местечко вторгаются гротескные, раблезианские казаки. Комедийные погони, рубка на саблях, хватают женщин, летят перья из распоротых подушек и перин. Сцена хаотична, но не навевает ужас. Герой, в центре, смотрит на происходящее.

Камера движется вверх, фокусируясь на трех ангелах:

     – высокий, брутально-мужественный, шестикрылый Архангел;
     – женщина, его секретарша; и
     – помощник-мужчина, тип «яппи».

Ангелы глядят на происходящее внизу и возбужденно переговариваются на идиш. Архангел приказывает им замолчать. Ангел-секретарша вытаскивает из-под крыла ноутбук и протягивает его архангелу. Тот высвобождает руку из-под серых, покрытых перьями крыльев и драматическим жестом кладет палец на клавиатуру.

Изображение становится черно-белым, сцена погрома превращается из фарса в сверхреалистичную садистскую картину, заполняющую весь экран. В самом центре погрома – герой, он потрясен, мечется взад и вперед в поисках выхода. Посреди горящего городка появляется телега со старым, умудренным возницей. Герой прыгает на повозку, возница поспешно покидает городок, направляясь в голую степь. Герой словно тонет в собственной крови, а повозка мчится все дальше и дальше. Телега несется с такой скоростью, что у нее отлетает колесо, катится прочь и падает на землю. Старик убеждает героя никуда не уходить, но последний соскакивает с повозки и, не помня себя, устремляется в степь. Герой бежит без оглядки, пока не натыкается на украинскую деревенскую корчму. Он заходит в корчму; интерьер корчмы дан в поразительно ярких красках.

В корчме собралась толпа приверженцев еретика Шабтая Цви. Шабтай Цви давно уже призывает народ свершать как можно больше греховных деяний, чтобы приблизить явление Мессии. Его последователи, как один – весьма привлекательные, красивые, гомоэротичного склада мужчины. Когда герой входит, они оборачиваются, смотрят на него, затем встают с мест и с двусмысленными усмешками ведут его в микву (еврейскую ритуальную купальню), расположенную чуть дальше на той же улице. Приверженцы Шабтая раздеваются и погружаются в воды бассейна; кожа их превращается в металл. В металл превращается и вода в купальне. Герой в то же время раздваивается: его душа становится металлической и остается в микве с другими мужчинами, тело порывается бежать из купальни. Душа преследует тело, бросает на него пригоршнями металлическую воду, которая пристает к лицу и одежде. Герою удается, однако, спастись из купальни и скрыться в степи. Здесь изображение вновь становится черно-белым.

Герой бродит по пустынной степи и наконец находит небольшую, заброшенную и полуразвалившуюся церковь. Он входит внутрь и появляется снова, неся чашу со святой водой. Он ставит чашу на церковные ступени, снимает рубаху и ритуальное бахромчатое белье, собираясь смыть с себя металл купальни. Резким движением он стаскивает с пальца обручальное кольцо и откладывает его в сторону, но пока он умывается, брызгая в лицо водой, он вслепую машет рукой в воздухе и кольцо, незаметно для него самого, вновь оказывается на пальце.

В это мгновение из земли вырастает ослепительно цветистая (в остальном же изображение остается черно-белым) женщина-демон. Это совершенно голая, огромная, рыжая негритянка; один глаз у нее ярко-зеленый, другой тускло-коричневый.

    Диалог

Демонесса (произносит традиционную брачную клятву еврейской невесты): Пред богом, по законам Моисеевым и собственной моей воле, отныне ты муж мой.

Герой: Никак не могу я стать тебе мужем. Перво-наперво, я женат. Во-вторых, должно мне отправиться в Цфат, что во Святой земле, изучать Тору. В-третьих, нет у меня денег на жену, и в в-четвертых, души у меня тоже нет.

Демонесса: Начнем с того, что никаким законом не запрещается иметь вторую жену. Далее, Тора вечна, и посему никогда не поздно приступить к учебе. Третье, богатая женщина может позволить себе взять в дом достойного, однако бедного мужа и обеспечить ему должную материальную поддержку. Что же касается души, то без нее невозможно изучать Тору, а в моем дому для души места не найдется.

Земля вздымается и проглатывает их. Следующая сцена происходит в Аду; здесь царят яркие контрасты основных цветов. Ад представляет собой штетл (еврейское местечко), все обитатели его – рыжие, чернокожие демоны, одетые в манере ортодоксальных евреев. Мы видим все еврейские занятия: вот резники, молочники, торговцы поношенной одеждой, еврейская начальная школа (хедер); в целом типичная для 19-го столетия восточноевропейская сцена. Демоны во всем подобны людям, за исключением того, что у каждого или каждой имеется определенный физический изъян. Камера скользит к дому демонессы, где она проводит первый совместный вечер со своим новым мужем.

    Диалог

Демонесса: Что ты умеешь делать?

Герой: Я переписчик Торы.

Демонесса: Ну и прекрасно, семидесятым будешь!

Героя ведут в скрипторий и отводят ему стол. Вокруг 69 демонов переписывают Тору с помощью компьютеров. Каждый из них меняет одну-единственную букву в том или ином свитке Торы. Поскольку Тора воплощает весь мир, эти мелкие изменения несут миру порчу. Герой рассказывает демонам, какую букву следует изменить в компьютерных программах. Теперь и он заменяет одну букву в каждом из свитков; при этом он один действует гусиным пером для письма. Все демоны зеркально повторяют действия друг друга.

Камера движется в соседнюю комнату, где демоны сдают кровь. Кровь у них золотистого цвета, и из нее тотчас чеканятся монеты. Конторское помещение по соседству заполнено демонами, одетыми в национальные костюмы земных народов. Объявляются и обсуждаются курсы международного валютного обмена, заключаются сделки. Демоны лихорадочно суетятся и изъясняются стихами.


Проходит некоторое время. Герой и его демон живут счастливой семейной жизнью. Каждое утро он отправляется на работу и каждый вечер приносит домой золотые монеты, полученные им в награду за труды. Они процветают, у них восемь детей. Один ребенок двухголовый.

    Диалог

Герой: Ты говорила, что у каждого демона чего-то недостает, а у нашей доченьки даже лишняя головка!

Демонесса: Все-то ты перепутал. Голова у нашей девочки своя, а у второй головы недостает тела!


По пятницам, после обеда, появляется престарелый мудрец с телегой и забирает свитки Торы. В один прекрасный день, запоздав, он очень торопится – ведь ему нужно успеть вернуться домой до наступления субботы. Он спешит в путь, но у повозки отлетает колесо. Герой чинит повозку: срезает один из локонов (пейсов) на голове и привязывает колесо к телеге. Беседуя тем временем со стариком, он спрашивает, что тот делает с испорченными свитками Торы.

    Диалог

Старик: Продаю их по всему миру. Спасибо, что помог мне починить телегу. Теперь я попаду домой до наступления субботы. Как мне отблагодарить тебя?

Герой: А что ты можешь для меня сделать?


Старик: Все, что пожелаешь.

Герой: Тогда помоги мне вернуться в земной мир. Там у меня законная жена, и там оставил я свою душу. И должно мне отправиться в Цфат, что во Святой земле, изучать Тору. Кроме того, теперь у меня есть золото.

Старик: Ну что ж…

Герой: Подожди-ка, дай мне забрать золото. Но откуда мне знать, что ты в самом деле отвезешь меня в земной мир?

Старик: Для меня это не составит труда.

Старик, который есть Бог, прикасается к Торе, и мы видим, как буквы начинают танцевать на странице, вновь составляя истинные слова. Он говорит:

«Вот видишь, это истинная Тора, и я заберу тебя в земной мир».

Герой вылетает из земли и оказывается в центре еврейского квартала Варшавы. На календаре 31 августа 1939 года, остается день до нацистского вторжения в Польшу.

Шумная сцена, толпа, красочный колорит: еврейская музыка, заполненный людьми еврейский рынок, повсюду что-то празднуют, дети бегают вокруг и танцуют, рядом артисты пантомимы и музыканты.

Герой – посреди толпы со свитком Торы в одной руке и мешком с золотом в другой. Золотая кровь капает из мешка на мостовую. Появляется его (законная) жена, проходит перед ним вместе со своими восьмью детьми. За нею следует старик с повозкой, приверженцы Шабтая Цви, казаки и затем демонесса.

Над городом стоят три ангела. Покрытая перьями рука архангела держит переносной компьютер. Он поднимает палец и нажимает на клавишу. Еврейская музыка превращается в нацистский марш. Изображение становится черно-белым. И фильм заканчивается.  

 

 


Система Orphus