МИХАИЛ МОКРЕЦОВ

Roman-donos in 3 parts

 

M1

 

Часть I

 
 
I

 
M2

 

Невдалеке могилы Канта,
в наследной вотчине отцов,
в семье, прогнавшей оккупанта,
родился мощный Мокрецов.
Маман, конечно, через силу
такое тельце доносила,
хотя совсем была розан –
о чем и сложены былины,
она – из клана исполинов –
из беловежских партизан!
(Сам Риббентроп ей руку жал
И беспримерно уважал.)

 

II

 

M3

 

Отдельно надобно о маме,
проникновенно, не спеша –
о баснословно пылкой даме
поют лихие кореша:
в атаку и в контратаку
на немца грязного собаку
все время ползала маман,
и подстрекаемые ею
грудью на гада шли евреи
с лимонкой, сунутой в карман.
(И пионерская дружина
взять имя мамы удружила).

 

III

 

M4

 

Стройнит мамашину осанку
медаль «За склонности к труду»,
когда неопытной пейзанке
она персты кладет в звезду.
Сам пограничник Карацупа,
Гаганова, балета труппа,
герои сцены и села,
Абдурахман, кумиры спорта –
все результат ее абортов,
что мастерски произвела!
(Ходил, бывало, пролетарий
с подъемом в мамин абортарий).

 

IV

 

M5

 

Папа, хотя был парнем хилым,
но настоял, чтоб в аккурат
крестили Мишу Михаилом –
в честь города Калининград.
Детсад, от триппера уколы,
потом его кончала школа
не до конца и по любви...
Раздался, округлились плечи...
Вот-вот он будет нами встречен
у Храма Спаса-на-крови.
Вы помните, какая давка –
была там сионистов явка.

 

<…>

 

VII

 

M6

 

Бывало – он бывал в постели –
к нему записочки несут.
Что? Приглашенье? В самом деле:
три дома на вечер зовут –
Там Йом-Кипур дает отказник.
Куда поскачет наш проказник?
Куда, козел, соперник мой?
На сходку, на маевку, явку?
Или, напялив камилавку,
на Лермонтовский, на родной.
И где б он ни искал утех,
шептали важно: «он из тех»...

 

<…>

 

 

M7

 

Такого больше не увидишь:
белые ночи напролет
вместо иврита учат идиш
и угоняют самолет.
При шпорах, но не снявши каски
там Богуславский о Дамаске
читает – сколь изыскан слог!
Там Абезгауз выставлялся,
он в сионизме изгалялся –
войдешь – и пробка в потолок!
Там Харик молча обнажал
чем славу громкую стяжал.

 

<…>

 

ХII

 

M8

 

ОВИР – не продыхнуть – народу!
Вот, зачитав журнал «Посев»,
съезжает Генрих на свободу –
видать, соскучился совсем.
Куда? – Туда! Туда? – Вестимо!
Здесь отпускают в Палестину,
и дальше – в Занзибар, до Анд!
Кто этот юноша с гитарой?
Кудрявый, огненный, нестарый –
кто интересный сей гигант?
Я снова вспомнил про аборты
маман – в дверях аэропорта.

 

Часть II

 

XIV

 

M9

 

Но впрочем, Хайфа той поры
была совсем не та, что этой –
навек аукнулись пиры
сожженной печени поэта!
Каррасс, ударив в медный таз
вопил Маген в который раз...
Там Абез в оборот пускался,
о, Хайфа прежних дней моих,
ты помнишь богуславский чих,
кто так еще тебе чихался?
И Харитон там обнажал...
Что? – Я не видел, я сбежал.

 

XV

 

M10

 

О эти бронины приемы!
Покойный, с шашкой наголо
врывался Мочкин в водоемы,
где плавать женское могло.
Здесь Брук невиданный водился,
он с нежной Брукой разводился,
здесь от Бендерского – жена
ушла, набив ему скульптуру,
здесь Лины тонкая натура
была собой окружена,
здесь, как рабочая скотинка,
себе искала мужа Нинка.

 

<…>

 

ХXI

 

M11

 

Он защитился, постарался.
Cтал юн. Стал благостен. Стал нов.
С Геулой Коэной надрался
до бело-голубых слонов.
Он объяснил Каганской Майе,
что Майя недопонимаэ;
Каганская сказала «ах»!
Он в жарком споре априори
со другом Бруком о запоре,
с Анри – о греческих стихах.
И, слышали, в турецкой бане
он говорил об икебане.

 

XXII

 

M12

 

Скромны не будем: как бросало
из койки в койку Вас, мой друг!
И у Московского б вокзала
не каждый склеил б тех подруг,
гнедых, каурых и брюнеток,
метресс, матросок и нимфеток,
и даже Женщину-симон,
на вид такую же, как Сима –
вид был таким невыносимым,
что даме срочно вышло вон.
Хотя и было в леди сердце,
но нам оно, как жопе – дверца.

 

XXIII

 

M13

 

Но вот, еще до взятья Тира,
в один из ясных мирных дней,
бац! Дочка Нолика Шапиро –
ни слова не скажу о ней –
вошла и назвалась Татьяной!
Аль с вечера был Миша пьяный,
али с утра был пьяным вновь...
Да что!.. Костей не перекинешь –
нам кажется, что это финиш,
а им – что это, мол, любовь.
Любовь, любовь! Да будь я Брук,
я б рук не вынимал из брюк.

 

XXIV

 

M14

 

Увы, на Невском на проспекте
вас – к счастью – дождик не польет.
Все ж при огромном интеллекте
невеста эта не поёт.
Теперь петь будет новобрачный,
но дабы гороскоп их мрачный
дал шанс нам ноги унести:
за Мокрецова! Что для мира
потерян (Танечка Шапиро,
прости, голубушка, прости!) –
ведь пьем мы, Миша Мокрецов,
не в первый раз, в конце концов!


 
Часть III

 

M15

 

XXV

 

Невдалеке Шапиро Тани
В железах, а в носу – кольцо,
не помышляя о восстанье,
сидит в вольере Мокрецов.
Три раза в день глотает пайку,
три раза в год – штаны из байки,
три раза в ночь – его ебут.
То сын застрял в ведре помойном,
то на горшок садится двойня,
то – сходка партии «Ликуд»:
жена сказала, что «Тхия»
уже не стоит ни хуя.

 

<…>

 

ХХXI

 

M16

 

Закончил Мокрецов руладу,
обвил хвостом решетки прут,
его детишки сквозь ограду
метают в папочку грейпфрут.
Вот из тарелки из старинной
он супчик похлебал куриный
и спать поплелся в кабинет…
Ну а вокруг его вольера
идут вальяжно кавалеры…
Однако, попрошу лорнет:
Эге, под Мокрецова трели
и мы изрядно похирели.

 

ХХXII

 

M17

 

Идет Бендерская Елена,
а с нею кто – не скажем, чур!
Оне – будто и впрямь – полено –
несут Бендерского скульптур,
Фролов – с собачкой Баскервилей,
Островского гулять пустили,
ужасно симино чело,
ведь дочка Симы – мастерица
по-арамейски материться,
и Симу это доебло,
вот Харик тащится едва…
А вот – идет моя вдова.

 

ХХXIII

 

M18

 

И так всегда – начнешь за здравье,
а кончится хрен знает чем!
Какое там у нас заглавье?
Совсем запутались, совсем!
Что повод, собственно, для пира:
Маген венчается с Шапиро?
Так дай им Бог, а мы при чем?
Мы – Лена, Генделев, Ирина,
Владимир Глозман – мы горимы –
желанья выпить в нас подъем!
Так выпьемте и станем пьяны –
за здравье Миши и Татьяны!

 

FIN

 

M19


Текст – д-р Генделев

Художник – Ирена Бат-Цви, бакалавр

Консультант по костюмам – графиня Глуховская

Военный консультант – В. Глозман, эсквайр.

 

[К свадьбе М. Магена 16.09.1982]

 

 

Система Orphus